НОВОСТИ    БИБЛИОТЕКА    ССЫЛКИ    О САЙТЕ





предыдущая главасодержаниеследующая глава

XIII. Общий взгляд на природу процесса старения

Как мы уже неоднократно имели случай говорить, сущность процесса старения - эндогенной природы. Общий обмен организма и обмен различных типов клеток приводят к прогрессирующему нарушению равновесия между явлениями интегрирования или ассимиляции, с одной стороны, и явлениями дезинтегрирования или диссимиляции, с другой стороны. Когда баланс склоняется явно в пользу диссимиляции, устанавливается известное материальное и энергетическое равновесие, организм достигает изоэлектрической точки и жизнь останавливается.

В предыдущих главах мы проанализировали различные феномены в связи с высказанными идеями. Следует еще изучить, является ли безразличным то, что нарушение равновесия, о котором мы говорили выше, обусловливается снижением ассимиляции при сравнительно мало повышенной диссимиляции или усилением последней, несмотря на то, что ассимиляция не настолько снижена. Что касается роли изменения коллоидов в патогенезе феноменов старения, которым многочисленные авторы приписывают основное значение, то мы указали, между прочим, в нашей монографии, появившейся в 1948 г., а также и до этого, что, как бы реальна ни была эта роль в вышеупомянутых феноменах, она все же не является существенной, так как в организме постоянно наблюдаются образования и разрушения коллоидов - коллоидопоэтический или коллоидоклазический механизмы.

Со временем организм стареет во всех своих составных частях. В связи с этим возникает вопрос: играют ли последние самостоятельную роль?

Начнем с нервной системы, и в первую очередь с коры головного мозга.

Вне всякого сомнения, деятельность коры головного мозга оказывает тормозящее влияние на процесс старения. Многочисленные люди интеллектуального труда - ученые, писатели, музыканты, художники - жили до преклонного возраста, если не существовало факторов противоположного порядка (изнурительный труд, несчастные случаи, неправильно организованный образ жизни), которые укорачивали их жизнь.

Можно упомянуть о часто отмечаемом факте, что вышедшие на пенсию старики или лица, отказавшиеся от какого-либо интеллектуального труда, поставленные в положение, непозволяющее им содержать семью или самих себя, вновь приобрели работоспособность. Как с клинической, так и с экспериментальной точки зрения, в данном случае не подлежит никакому сомнению регулирующая роль коры головного мозга.

М. К. Петрова, при вызывании экспериментальных неврозов, отмечала ускорение феноменов старения. В этом отношении можно также привести случай больного X., у которого с детских лет отмечалась нервная неуравновешенность, одновременно с явно выраженным ранним постарением. Существовал, однако, и сопутствующий фактор - рентгенотерапия по поводу воспаления волосяных фолликулов подбородочной области; указанное лечение, очевидно, повлияло и на щитовидную железу, вилочковую железу, лимфатические узлы и нервные ядра указанной части тела.

В нашем плане экспериментальных исследований мы поставили перед собой задачу изучить экспериментальное старение посредством простых или комбинированных удалений желез у животных одновременно с экстирпацией или без экстирпации коры головного мозга.

Опыт частичного удаления коры головного мозга у кошки привел в этом отношении к неожиданным результатам. У трех котов с разрушением коры предлобной доли головного мозга наблюдалась значительная потеря в весе, выпадение шерсти, замедление движений, что придавало подопытным котам вид старых животных. В данном случае речь не шла о паразитарном или инфекционном заболевании. Кроме этого, указанные животные жили в тех же условиях, что и другие оперированные особи. У некоторых из них производились обширные удаления коры головного мозга в других областях и все же у них не наблюдалось подобных явлений.

К этому следует прибавить, что у этих трех, так рано постаревших животных, отмечалась очень выраженная атрофия яичек. Всех этих животных следует сопоставить, по крайней мере с последней точки зрения, с собаками, у которых Камю и Гурнэ вызывали атрофию половых органов путем поражения основания мозга; атрофия значительно уменьшалась вследствие лечения большими дозами экстракта вилочковой железы, принимавшегося внутрь.

Тот факт, что кора головного мозга играет регулирующую роль, не исключает ее собственного постарения вследствие изменений различных рецепторов, обмена веществ, в результате эндокринных или, в более широком смысле, эргоновых нарушений.

Не исключается, а наоборот, является весьма вероятным вмешательство подкорки с ее собственными образованиями, среди которых следует упомянуть образования, находящиеся в тесной взаимосвязи с шишковидной железой и нижним мозговым придатком. В связи с этим было бы уместно напомнить о некоторых опытах, проведенных Б. И. Баяндуровым. Точно также не исключается наличие роли симпатических и парасимпатических узлов, спинного мозга и даже периферических нервов. Но данные вопросы еще недостаточно исследованы, чтобы здесь на них останавливаться.

Что касается роли патологических изменений нервной системы в патогенезе процесса старения, то следует принять во внимание также изменения интерорецепторов, которые рефлекторным путем прерывают нервный механизм трофики.

Различные системы и органы, в свою очередь, принимают участие в ускорении явлений старения посредством патологических изменений; следует отметить, однако, что в некоторых случаях эти системы и органы в состоянии замедлить развитие указанных процессов.

В случае больного Р. можно было бы говорить о подобном явлении. У этого больного наблюдалась сердечная блокада, причем сердце сокращалось лишь 45 раз в минуту и, таким образом, жизненный цикл больного развивался в замедленном темпе.

Деятельность дыхательной системы, по-видимому, также оказывает свое воздействие. Эмфизему легких можно рассматривать как местное постарение. Равным образом Ревейе Парис указывал на дыхательное расстройство, обязанное окостенению реберных хрящей, как на одну из причин, вызывающих появление процесса старения. Как бы то ни было, не подлежит никакому сомнению тот факт, что нарушение процессов окисления, в частности посредством патологических изменений окислительных ферментов (оксидаз), как указывал Г. Маринеску, играет значительную роль в появлении феноменов процесса старения. Некоторые клинические наблюдения иллюстрируют отчасти с той же точки зрения значения патологических изменений желудочно-кишечного тракта. В связи с этим можно напомнить стимулирующее действие роста, разрастания тканей, активирующее действие различных экстрактов слизистой оболочки привратника, двенадцатиперстной кишки, выявленные исследованиями, произведенными И. Петря и Н.Стереску. Точно также в этом смысле можно привести некоторые клинические наблюдения, как например случай больного Н. Г., у которого отмечалось раннее постарение с неподдающимся лечению поносом в связи с кишечным лямблиозом. Повторные поносы препятствуют абсорбции некоторых веществ с специфическим действием - витаминов, различных эргонов и вообще питательных веществ и, таким образом, в конце концов, приводят к нарушению ассимиляции. Впрочем, больной Н. Г. терял в прогредиентном порядке в весе тела до того, как удалось установить природу его заболевания и предписать соответствующее лечение. Является ли абсурдным сопоставление этого случая со случаями инфантилизма и "кишечного" нанизма, при которых у детей, отстававших в развитии, наблюдался неподдающийся лечению понос? Речь идет о том же нарушении абсорбции, следовательно, ассимиляции. Эти больные карликового роста являются в то же время преждевременно состарившимися, что, впрочем, вполне совпадает с общим выражением их лица, с ранним видом сенилизма.

Напомним, что старики страдают довольно часто запорами и что это состояние сопоставлялось с запорами лиц с гипофункцией щитовидной железы, а синдром удаления щитовидной железы сопоставлялся с процессом старения. Отмечалось, однако, что в этих случаях кишечник не уменьшается, а наоборот, достигает больших размеров. На это отвечали, однако, и не без основания, что объем органов обусловливается его содержимым, в то время как слизистая оболочка, наоборот, была истончена и уменьшенных размеров.

Патологические изменения функции почек являются довольно часто причиной, укорачивающей во много раз длительность жизни, несмотря на то, что можно было бы задать вопрос, в какой степени вызывают указанные поражения истинное раннее постарение. Некоторые симптомы, как например незначительная альбуминурия, повышение кровяного давления, тенденция к гипергликемии, могут являться симптомами как почечных заболеваний, так и процесса старения. Но оставим пока этот вопрос неразрешенным. Что касается половых органов, то последние могли бы принять активное участие в феноменах старения различными путями - иногда посредством функциональной перегрузки, в других случаях посредством патологических изменений своих эндокринных функций. Как бы то ни было, не подлежит никакому сомнению роль гормонов половых желез в профилактике и отчасти в лечении феноменов процесса старения. В данном случае мы не настаиваем на значении, которое можно было бы приписать придаточным образованиям или даже первичным половым органам: половому члену, предстательной железе, придатку яичка, матке, маточным трубам, молочным железам. Указанные вопросы, разумеется, заслуживают быть в свою очередь изученными и проанализированными.

Кожу можно рассматривать как широкую рецепторную поверхность, соприкасающуюся в то же время с внешней средой. Посредством кожи мы ощущаем тепло, холод, сухость или влажность внешней среды, отчасти свет и тьму. Кожа является одним из воспринимающих лучи органов, а возможно, и селекционирующих их, как мы указывали еще много лет тому назад. Внешняя среда, разумеется, воздействует на организм посредством нервной системы; однако в известных условиях влияние ее может проявляться и прямым путем - химическим, физическим или механическим.

Патологические изменения кожи, сухость, сморщенность, атрофия являются наиболее характерными феноменами процесса старения.

Недавно проведенные исследования показали нам, что кожная ткань обладает собственным метаболизмом, отличающимся от обмена веществ других тканей. С другой стороны, кожная органотерапия заслуживает того, чтобы занять самостоятельное место в терапевтике.

С давних пор известно, что у некоторых соединительнотканных клеток наблюдается секреторный характер, и в этих случаях говорилось о "рагиокринных" клетках. С другой стороны, известна важная роль, которую А. А. Богомолец приписывает активным клеткам соединительной ткани, в том числе клеткам капилляров, в поддержании общего здоровья, в борьбе против инфекций, против рака. Он рассматривает эти клетки как подлинные корни организма, посредством которых последний приобретает себе питательные вещества (и выделяет то, что ему лишнее). Известно, с другой стороны, что А. А. Богомолец приготовил антиретикулоэндотелиальную цитотоксическую сыворотку с вредным влиянием в больших дозах и с стимулирующим терапевтическим воздействием в малых дозах; эту сыворотку он применял, между прочим, и против феноменов постарения. Разумеется, ткань, о которой идет речь, не следует рассматривать как совершенно самостоятельную, вне координирующих влияний нервной системы, вне координирующих влияний коры головного мозга. Несомненно, в коже существует известное количество более или менее селективных рецепторов; хеморецепторы, барорецепторы и т. д.

Но то, что функция активных клеток соединительной ткани регулируется нервной системой, не снижает ее значения для интеграции организма и не исключает терапевтического применения сыворотки Богомольца, а также и других цитотоксических или даже нормальных сывороток.

Не следует также пренебрегать поперечнополосатой (или гладкой) мышечной тканью при феноменах старения, тем более, что эта ткань (ткань сердечной мышцы включительно) занимает значительный объем, поверхность и вес в целостном организме, а следовательно, и в его обменных явлениях. Нужно, однако, признать, что роль, которую указанная ткань играет в поддержании молодости или в наступлении патологических изменений с последующей преждевременной старостью, очень слабо изучена. Здесь следует отметить ее соотношение с некоторыми органами, как например гипофизом, половыми железами, надпочечниками, и указать также на ее участие в фосфорном, жировом и креатининовом обменах.

У стариков отмечаются обыкновенно патологические изменения в костном мозгу. Частым феноменом является регрессивный процесс красного мозга, переходящего в жировой. Следует учитывать мозг различных костных сегментов и его участие в общем метаболизме.

Роль эндокринных желез в патогенезе феноменов процесса старения представляется нам несомненной, а то, что данные железы находятся у животных под координирующим и регулирующим влиянием нервной системы совершенно не исключает их значения.

Внутренняя секреция - гормоны - существует также у растений, у которых тоже наблюдаются феномены постарения; то же самое можно сказать об одноклеточных существах, лишенных нервной системы, но, вероятно, не лишенных эффекторных веществ типа ацетилхолина или симпатина.

С другой стороны, нельзя сомневаться в том, что железы внутренней секреции также подвергаются старению, как и другие органы. Однако это не исключает ни роли различных недостаточностей, вызванных старостью, в общем процессе, ни возможную активность гормонального лечения, корригирующего наблюдающиеся у стариков обменные расстройства.

Произведем краткий обзор участия эндокринных нарушений в процессе старения.

Трудно исключить роль гипофиза, тем более что этот орган тесно связан с нервными центрами и, следовательно, развивает свою деятельность, по крайней мере частично, посредством нервной системы.

Гормон роста является ассимиляционным гормоном. Органотропные гормоны стимулируют щитовидную железу и околощитовидные железы, вилочковую железу, надпочечники, половые железы. Таким образом, можно отметить целый ряд способов, посредством которых передняя доля гипофиза может оказывать влияние на организм и, следовательно, играть важную роль в явлениях старения. Мы не исключаем также роли межуточной доли этого органа. Может быть, заслуживало бы внимания остановиться подробнее на значении задней, или нервной, доли, регулирующей водный метаболизм. Хорошо известно содержание воды в тканях в зависимости от различных возрастных периодов. Известно также значение воды в феноменах ассимиляции. Не подлежит сомнению наличие застоя этой жидкости у стариков. Некоторые эксудаты (или транссудаты), как например плевральный, не резорбируются (в случае несахарного мочеизнурения), когда больной подвергается лечению препаратами задней доли гипофиза, и исчезают в случае прекращения указанного лечения*. Гипофизарная кахексия, наоборот, весьма напоминает так называемую сенильную кахексию, что заставило Брейтмана предложить лечение старческой кахексии задней долей гипофиза. В одном из наших случаев лечение задней долей привело к несомненному улучшению (повышение в весе тела, улучшение в отношении старческих пятен и т. д).

* (Исследования были проведены совместно с М. Стан.)

Напомним, наконец, что гиганты гипергипсфизарного происхождения живут, в общем, довольно мало. Наоборот, некоторые карлики (гипогипофизарного происхождения?) могут достичь весьма преклонного возраста. Роль щитовидной железы в общем обмене также подвергается дискуссиям (речь идет не только об основном обмене), а при патологических изменениях этого органа наступают значительные изменения и в процессе старения.

Феномены старения часто сравнивались с недостаточностью щитовидной железы, а тиреоидное лечение или клиническая гиперфункция щитовидной железы приводили иногда к настоящему омоложению.

В экспериментальных исследованиях по процессу старения удаление щитовидной железы, комбинированное с экстирпацией половых желез, давало весьма наглядные результаты.

Шишковидная железа, по-видимому, воздействует не только на задержку полового созревания, но играет также известную роль в замедлении жизненного цикла.

Вилочковая железа совершенно обоснованно называется детской железой. Ее богатство в нуклеиновых веществах, стимулирующее действие при тестикулярной недостаточности указывают на участие этого органа в иликибиологических процессах; с другой стороны, вилочковая железа после пубертатного периода претерпевает обратное развитие (хотя и не полностью), и содержание нуклеопротеидов организма снижается.

Следует также подчеркнуть роль обратного развития лимфатических желез в явлениях старения и значение этих органов в иликибиологических феноменах.

Мы не обойдем, конечно, роли надпочечников и, в первую очередь, их коркового вещества. Как было указано, гиперкортикосупраренализм может предшествовать возрастным явлениям, несмотря на то, что прогерия - старческая дистрофия детского возраста - объяснялась снижением функции коркового вещества надпочечников. Поддерживалось мнение, что некоторые кортикосупраренальные гормоны вызывают преобразование белковых макромолекул в микромолекулы (Г. Бенетато).

Функции этого органа столь сложны и многообразны, что его изменения, по-видимому, могут вызвать превращение в двух направлениях с точки зрения возрастной биологии. Однако здесь мы не можем остановиться подробнее на этом вопросе.

Что касается хромаффинного вещества, то еще труднее утверждать что-либо определенное. Не исключается возможность, что хромаффинное вещество посредством сецернирования адреналина участвует в некоторых артериосклеротических процессах старческого возраста и, вероятно, в некоторых гипертонических процессах, а его недостаточность принимает участие в развитии гипотонии у стариков и в слабой их устойчивости по отношению к инфекционным процессам. Как лекарственное средство, адреналин может с успехом применяться в вышеуказанных случаях.

Поджелудочная железа давно рассматривалась как наиболее атрофированная у стариков железа (Канстадт). Экзо- и эндокринные функции этого органа тоже весьма комплексны. Данная железа принимает участие в углеводном обмене, а также в жировом и белковом обмене. Инсулин может привести к весьма выраженным улучшениям как у лиц преклонного возраста, как мы указали на это совместно с М. Кахане, так и у старых животных (М. Питиш, Д. А. Коцовский).

Печень в свою очередь может рассматриваться как крупный химический завод человеческого организма, и ее патологические изменения, разумеется, играют известную роль в феноменах старения. Собственно говоря, различные степени печеночной недостаточности встречаются довольно часто у стариков, а в некоторых случаях старческого слабоумия с микроскопической точки зрения печень представляет картину настоящей жировой ткани. При анемии стариков печень может играть значительную роль. Лечение печенью в самых разнообразных видах, например посредством метионина, заслуживает внимания в случаях обыкновенного или преждевременного старения.

Эта глава должна предшествовать в нашем труде главе, посвященной терапии. Совершенно верно было сказано, что терапевтика должна носить патогенетический характер или вообще не существовать.

Следовательно, нужно иметь общую концепцию о патогенезе феномена постарения, для того чтобы проводить в жизнь действенную терапевтику.

Разумеется, авитаминозы или, в более редких случаях, избыточное потребление витаминов в питании, различные ферменты, некоторые ионы и т. д. могут принять участие в патогенезе тех же феноменов; но этот вопрос еще менее изучен и поэтому мы теперь не будем останавливаться на нем.

Сделав общий обзор процессов, приводящих к постарению организма, и не останавливаясь на всех существующих концепциях относительно его патогенеза, мы отметим здесь вполне обоснованную критику идей А. В. Нагорного, сделанную Ж. А. Медведевым относительно механизма старения одноклеточных существ или животных, принадлежащих к высшим классам.

Ж. А. Медведев считает, что А. В. Нагорный, говоря о закономерности процессов старения одноклеточных существ, становится на точку зрения, существовавшую 20 лет назад, а в своих заключениях занимает идеалистические позиции, присоединяясь к взглядам Вейссмана, Бауэра и др., и игнорирует биохимические и физиологические изменения в цикле развития клеток, а также умалчивает об экспериментальных работах, доказывающих отсутствие сходства с физиологической и биохимической точки зрения у дочерных клеток (образовавшихся после размножения).

В главе, посвященной старению животных высших классов, А. В. Нагорный высказывает, - отмечает критик,- неправильную теорию о процессе старения, согласно которой в любом организме существуют две группы различных белковых веществ, с одной стороны, протоплазматического характера, с другой - метаплазматического характера.

Самообновление в своей активной форме предупреждает, по мнению А. В. Нагорного, старение и инактивацию клеток. Так как метаплазматические вещества не могут обновляться, то они подвержены спонтанному физико-химическому изменению с последующим постарением.

Ж. А. Медведев опровергает эту точку зрения; процесс старения и смерть организма вызваны не метаплазматическими белками, а активными белками протоплазматического типа. В основе старения лежит не отсутствие обменных изменений, а наличие таких изменений обмена веществ, которые не наблюдаются в результате спонтанных физико-химических сдвигов, а являются результатом специфического процесса инактивации, возможного лишь у живых существ.

Изменения обменных процессов и их активация возможны благодаря тому, что они не являются равноценными.

Различные обменные циклы развиваются с неодинаковой скоростью, и по этой причине появляются нарушения обмена веществ, что приводит к постепенному изменению белков.

Различные циклы распада и синтеза, протекающие со все возрастающей скоростью, замещаются циклами с меньшей скоростью, интенсивность обменных процессов снижается и в органическом субстрате появляются все более устойчивые связи.

Эти изменения приводят к инактивации живого вещества с постепенным накоплением трудно ассимилирующихся белков в клетках, следовательно, к нарушению клеточных функций.

Наши собственные наблюдения, а также анализ работ других авторов, занимавшихся превращениями, происходящими в клетках или в соках организмов высших животных в период старения, в основном совпадают с точкой зрения, высказанной Ж. А. Медведевым.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев А. С., 2013-2017.
При использовании материалов проекта обязательна установка активной ссылки.
http://gelib.ru/ "GeLib.ru: Геронтология и гериатрия".